mk.ru : Московский комсомолец

Здоровье

«Нужен врач?» – поинтересовалась председательствующая на процессе судья ВС КБР Галина Гориславская. И заметила, что у нее есть справки медиков о том, что названные лица по состоянию здоровья могут участвовать в процессе. «Сеюнов тоже был всегда здоров, а теперь чуть ли не при смерти», – сказал Дзагаштов. После того как ходатайство Шоровой было отклонено как необоснованное, адвокат попросила доставить ее подзащитного в зал заседаний, чтобы она могла убедиться, что Тухужев стоит на ногах. Эта просьба адвоката также не была удовлетворена. Когда подсудимый Эдуард Миронов пожелал сделать заявление, председательствующая ответила, что он сможет сделать это после допроса потерпевших. И адвокат Шорова сможет пообщаться с подзащитным после окончания допроса, поскольку в этот день работа суда будет продолжаться лишь до обеденного перерыва.

Потерпевший?

Первый потерпевший, Козельянц, рассказал, что в 2005 году он работал водителем, возил заместителя командира полка ППС. 13 октября он приехал на территорию полка, поставил машину, разговорился с ребятами и тут услышал взрыв и стрельбу. После этого он зашел под навес и там оставался до конца. Почему его признали потерпевшим, он не знает, поскольку он всего лишь подвернул ногу. Нападавших он не видел, стрельбу слышал со стороны переулка Тепличный. Был взрыв, по его мнению – граната. «Какой вред здоровью получили?» – спросил Козельянца представитель гособвинения. «Считай, никакого», – ответил тот. Подсудимый Миронов спросил его: «Вы знали, что вы – потерпевший?» «Нет, думал, что свидетель», – ответил Козельянц. На вопрос подсудимого Бориева, находились ли в полку приданные силы, он ответил: «Были молодые солдаты внутренних войск».

Борода

Второй, Ахмедхан Унагасов, 50-летний сотрудник «Теплоэнерго», рассказал, что 13 октября по дороге на улицу Северную была обстреляна его машина, «семерка». Случилось это на пересечении Тепличного переулка и Северной, сам он получил ранение в руку по касательной, а его спутник был ранен в шею. Ущерб, нанесенный машине, оценили в 11700 рублей, и он уже возмещен. Видел трех парней, предполагает, что стреляли они. Один из них был в бежевой кофте, двое – в черных рубашках. Когда подсудимый Бориев спросил, могли ли попасть в машину и водителя со стороны полка ППС, Унагасов ответил: «Да, такое могло быть». Следующий потерпевший, Василий Сухих, рассказал, что приехав 13 октября на работу, поставил машину на стоянку и около 9 часов утра услышал стрельбу с трех сторон. Стоявшие с ним рядом разбежались, поскольку не были вооружены, он сам побежал в дежурную часть за оружием, но его ранили в правое предплечье. В санчасть его отвезли на БТР с другими ранеными. Однако в рассказанном им были замечены противоречия с показаниями, которые он давал ранее. Раньше потерпевший говорил, что слышал крики «Аллах акбар!», видел снайпера на дереве и примерно семерых нападавших. «Да, теперь я вспомнил», – согласился потерпевший. Подсудимый Миронов спросил его: «Вы говорите, что видели человека в маске и с бородой. Говорите, что борода торчала из-под маски. Что, маска была, как у Зорро? Кстати, ни у кого из нас бороды тогда не было…»

Схема

Следом допрашивали потерпевшего Тарканова, работавшего водителем в полку ППС. Он пришел на работу раньше остальных, и выстрелы застали его на заправке. Он спрятался под машиной, затем взорвалась граната, и дальше он ничего не помнит. Тарканов получил тяжелые ранения в голову и в ногу, выписался из больницы только 31 декабря 2005 года. Адвокат Зекореев нашел в его показаниях противоречия, а подсудимый Бориев попросил у суда показать на экране схему полка ППС. Когда Гориславская отклонила его ходатайство, Бориев сказал: «Крайне важно, с какой стороны этого человека ранили!» Тогда председательствующая, расспросив потерпевшего, выяснила, что граната была брошена со стороны спортзала. На это Бориев ответил замечанием о несоблюдении равенства сторон: «Обвинение может задавать любые вопросы, а я действительно заинтересован услышать правду. Когда мы дойдем до прений, нам вообще ничего не дадут сказать!»

Иск

Больше всего вопросов вызвали показания работника ООО «Агростройсервис» Азамата Гошубаева, который работал завскладом организации, соседствующей с полком ППС. Он рассказал, как и многие до него, что на территорию предприятия ворвались вооруженные люди, велели всем лечь, достать телефоны, затем забрались на крышу склада и начали обстреливать полк. Потерпевший сообщил о своем намерении заявить иск: он понес и материальный ущерб (испорченный телефон), и моральный. На что подсудимый Ахкубеков заявил: если хочет быть истцом, пусть все время ходит в суд, чтобы понять, кто на самом деле виноват. Однако большую часть вопросов вызвало другое: давая показания, потерпевший рассказал намного больше, чем содержали протоколы его прошлых допросов. Поэтому и возникли вопросы: то ли он внезапно все вспомнил, то ли протоколы прошлых допросов не читал, то ли имеет место фальсификация. Подсудимые ходатайствовали о вызове в суд следователя и об оглашении полного текста прошлых допросов, однако председательствующая ходатайства отклонила.

Голодовка

После допроса потерпевших и свидетеля подсудимый Эдуард Миронов получил возможность сделать заявление, о чем он просил в начале заседания. Миронов объявил, что в знак несогласия с обращением с подсудимыми в СИЗО и ущемлением их права на полноценную защиту в суде он с завтрашнего дня объявляет голодовку.